31 октября в Костроме, на площадке «Квартирник на Зеленой», выступил российский певец, автор-исполнитель и музыкант Сергей Нихаенко.
«Квартирник на Зеленой» — уникальное пространство на ювелирном заводе, где проходят концерты. Днем это обычная заводская столовая, а вечером помещение превращается в уютное место, где костромичи могут насладиться завораживающей музыкой и живым общением с артистами. «Квартирник на Зеленой» существует благодаря поддержке самого ювелирного завода. Создатель проекта — директор предприятия Андрей Волков.
Сергей Нихаенко — российский певец, автор-исполнитель и музыкант. Родился в городе Лутугино Луганской области. Сначала выступал в ресторанах, работал в местном Доме культуры, а позже поступил в Луганскую академию культуры и искусств имени Матусовского на отделение эстрадно-джазового пения. Затем окончил магистратуру Ростовской государственной консерватории имени Рахманинова на эстрадно-джазовом отделении. С 2018 года участвует в фестивале «Таврида.АРТ». Прошел обучение в школе вокала Ольги Кормухиной и Алексея Белова, после чего получил роль в рок-опере «Неравнодушные». В 2021 году дошел до полуфинала фестиваля «Новая волна».
Среди известных песен Сергея: «Высота», «Мосты», «Передовая», а трек «Память» вошел в саундтрек к фильму «Отряд светлячков». Он также записывал совместные работы с такими музыкантами, как ST, Сергей Бобунец, Джанго и группа «Город 312». Песни Сергей не пишет на заказ, а создает их по вдохновению, когда есть что сказать. В творчестве чаще всего пишет о любви, хотя есть и песни на военную тематику.
О том, как рождаются песни, почему «Высота» едва не осталась в столе и чем отличается выступление перед военными от гражданской сцены, Сергей рассказал в интервью журналисту K1NEWS.
— Сергей, как у Вас, как у творческого человека и автора, рождается песня — музыка, слова? Бывает ли, что идея приходит в процессе чего-то обыденного: прогулки, общения? Что Вас вдохновляет?
— Обычно всегда происходит по-разному. Бывает, приходит какая-то строчка, и ты с ней очень долго ходишь, она крутится в голове. Ты записываешь ее, чтобы она осталась. Бывает, все приходит одновременно: и мелодия, и текст, и гармония. Нет какого-то определенного алгоритма. Наверное, все зависит от состояния.
— Какое состояние сильнее всего побуждает Вас к написанию песни — внутренние переживания или, напротив, позитивные эмоции?
— Естественно, это всегда какое-то переживание. Даже если это положительные эмоции — все равно это эмоции, они так или иначе связаны с переживаниями. Приходит момент эйфории, и тебе кажется, что ты написал что-то важное. А когда ты уже написал, проходит время, и ты смотришь на это по-другому: например, находишь слова, которые тебя уже смущают, корректируешь мелодию.
— Значит, бывает, что Вы возвращаетесь к песне и переделываете ее?
— Например, песню «Мысли» я писал три года. В процессе я постоянно что-то корректировал, что-то менял. Бывает такое. Есть песни, которые у меня лежат по восемь лет. Но я понимаю, что не могу говорить сейчас такими словами, какими говорил восемь лет назад. Поэтому приходится переписывать.
— А бывали периоды, когда не писалось?
— Да. В прошлом году. За год я не написал практически ни одной песни. У меня был своего рода творческий кризис. А в этом году я за месяц написал целых десять.
— Какая песня из Вашего репертуара для вас особенно близка? Может быть, она связана с какой-то особенной историей?
— Каждая моя песня связана с какой-то историей, каким-то состоянием. Если взять песню «Высота», то она написана о ребятах, с которыми я был на фронте. В ней зашифрованы определенные аббревиатуры, позывные. Например, «высота», «опора», «бриз» — это слова, которые в контексте данной песни понятны только тем, кто был в тех обстоятельствах. «Высота» — это название нашей позиции. «Опора» — тоже название позиции, где стояла наша рота. «Бриз» — это обстановка, которая значит, что все тихо и спокойно.
Изначально я не собирался выпускать эту песню. Но так сложилось по воле судьбы, что ее захотели взять в музыкальный патриотический спектакль «Вера. Надежда. Любовь», где я играл небольшую роль. Надо было спеть авторскую песню, и режиссер выбрал «Высоту». Я не думал, что так получится. Она всем очень понравилась. Поэтому я решил ее выпустить. У этой песни свой длинный путь. Она даже попала в кино, стала саундтреком к фильму «Малыш». Ее узнают, слушают и благодарят за эту песню. Кстати, ее взяли еще в один фильм. Получается, эта песня вышла на свет не зря, а могла бы и не появиться.
— Вы упомянули, что с годами меняется взгляд на собственные тексты. А какие внутренние изменения за годы творчества Вы замечаете в себе в целом?
— Наверное, влияет жизненный опыт, который я приобретаю с тем или иным событием. Я, естественно, все пропускаю через себя. Я немного корректирую свое отношение к жизни, к музыке, к людям, к сцене, к исполнению.
— А к самому творчеству отношение изменилось?
— Конечно. Мы растем и развиваемся. Совершенству нет предела! То, что я писал пять лет назад и сейчас — это небо и земля. Это абсолютно другой уровень. Многое поменялось: и по тексту, и по музыке, и по «хитовости» материала. Все имеет свой рост.
— В одном интервью Вы говорили, что никогда не позиционируете себя как «звезду». Почему вы считаете, что важно, несмотря на известность, оставаться человеком без звездной болезни?
— Потому что в этом нет ничего особенного. Если ты выполняешь свою работу хорошо, почему ты должен зазнаваться и считать себя выше тех самых людей, которым твоя музыка приносит пользу? Ты должен, наоборот, быть им благодарен и ценить их. Только благодаря слушателям у исполнителя есть успех, и именно благодаря им исполнитель зарабатывает себе на хлеб.
Разве, например, хороший хирург, который спасает людей, должен общаться с ними свысока? Нет. Я считаю, что творчество — это ремесло. Господь дал талант, ты над этим долго трудился и получаешь за это соответствующее вознаграждение. Все приходит по заслугам.
Я попадал на ковровые дорожки и светские мероприятия. В прошлом году у меня было таких мероприятий достаточно. И в какой-то момент я остановил своих пиарщиков и сказал, что мне не нужен такой пиар. Мне нечего делать с людьми, которые считают себя звездами и я не хочу там находиться. Я буду заниматься музыкой, но не хочу кичиться своими знакомствами, дружбой с кем-то. Я знаком со многими известными артистами, музыкантами, продюсерами, но для меня это обычные знакомства с людьми. Точно такое же общение. Статус для меня не имеет никакого значения.
— Вы работали со многими известными исполнителями, например с группой «Город 312». А есть ли еще исполнители, с которыми Вы мечтаете поработать?
— Есть много достойных артистов. Достаточно, чтобы был материал — песня. Я бы поработал с группой «Комната культуры», с Ваней Дмитриенко, записал бы что-то с группой «Любэ», спел бы с Григорием Лепсом. Вопрос лишь в том, появится ли такой материал, с которым я смогу прийти к этим людям и предложить фит.
А с другой стороны, мне хотелось бы работать и над своей музыкой, чтобы не становиться известнее за счет кого-то, а становиться известным за счет своего труда и своей музыки. Чтобы обрасти аудиторией, нужно проделать огромный путь. Взять, например, костромской квартирник: это уже как минимум двадцать человек плюсом к нашей аудитории. А возможно, эти люди поделятся моим творчеством еще с кем-то. Такой процесс я считаю максимально честным. Через труд, через выступления, общение с людьми, через музыку мы обрастаем настоящей, преданной фан-базой.
— Раз уж речь зашла о квартирнике, как Вам костромская аудитория?
— Честно сказать — я в шоке. Я не представлял, что нас так примут! Я не думал, что придет столько людей и будет полный зал. Я боялся, что ближе к концу люди разойдутся или им будет скучно. Я считаю, что все получилось! Очень приятно выступать, когда такой энергообмен с публикой. Я просто счастлив! Я влюбился в Кострому! Очень хочется приехать сюда отдохнуть. Как-нибудь мы обязательно приедем в гости и основательно познакомимся с этим прекрасным городом.
— Вы говорите о честном пути и труде. А если бы Вы могли поговорить с собой восемнадцатилетним, тем парнем, которому друзья подарили гитару и который только начал свой путь, что бы Вы ему сказали?
— Я бы сказал: «Серега, занимайся и читай больше книг!». Я понял, что очень мало читал в своей жизни. Я почувствовал это по написанию текстов. Понял, что мой словарный запас иссякает и я не могу найти какие-то метафоры, какие-то другие определения. Я не знал, как сказать о любви, не говоря слово «любовь». Пришлось читать то, что нужно было прочитать еще в школе. Надо много читать, учиться. Это действительно принесет большие плоды. Мой друг Гриша Карапузов очень много читает. У него невероятно развита фантазия. Это заметно по песням, которые он пишет. Это показатель интеллектуального человека.
— А есть ли у Вас любимая книга?
— «Граф Монте-Кристо». А в детстве — «Три мушкетера».
— Вернемся к музыке. Как часто у Вас проходят репетиции?
— Нечасто в силу того, что ребята очень занятые. Хотелось бы чаще, но не всегда получается. Ребята, с которыми я выступал на квартирнике, большие профессионалы. Они играют не только со мной, но и со многими известными артистами.
— А где еще в России Вы хотели бы дать концерт?
— Я бы хотел побывать в Калининграде. Я там еще не был. Хотел бы слетать на Камчатку, в Мурманск. Есть много замечательных городов! Я объездил еще далеко не всю Россию, хотя успел побывать во многих точках нашей великой страны. В этом году летал в Сирийскую Арабскую Республику и выступал там для наших военных. Был там две недели и дал порядка десяти концертов. После Нового года еще собираемся с ребятами полететь туда и дать полноценный живой концерт. Я всегда рад возможности выступить! Ждем момента, когда обрастем такой аудиторией, что сможем гастролировать с концертами. Сейчас наша аудитория разбросана по всей стране. Если в каждом городе будет тысяча верных фанатов — для нас это будет успех.
— Вы упомянули выступления в Сирии. Для Вас как для исполнителя ощущается разница между выступлениями перед военными и перед гражданскими?
— Есть большая разница. Разница в глазах, в ответственности. Военные все видят насквозь, видят, какой ты. Там нельзя оплошать или быть не до конца честным. Выступление перед гражданской публикой все-таки дает некоторые поблажки: в чем-то ты себя бережешь. А для военных надо выступать как в последний раз. Для меня это большая практика как для человека, выступающего на сцене. Я много выступаю, и для меня волнение заканчивается после первой песни.
— Каким было Ваше самое первое выступление перед аудиторией?
— Это было выступление на День молодежи в 2012 году. Я пел в эстрадном самодеятельном коллективе и сольно. В тот день я пел песню Сосо Павлиашвили «Небо на ладони». Честно сказать, все были удивлены, потому что мало кто знал, что я пою. Когда я стал уже нормально петь и попадать в ноты, я решил выступить сольно. Мне разрешили, и многие в этот день были в шоке. На самом деле, я прошел большой длинный путь для того, чтобы петь как сейчас.
— А могли тогда предположить, что все настолько далеко зайдет?
— Я об этом мечтал и к этому шел. Я делал определенные шаги. Мне было сначала интересно петь в Доме культуры. Я мечтал об этом, и мне казалось, что больше ничего не надо. Потом мне было прикольно петь в ресторанах. Позже я стал выступать на конкурсах. Затем познакомился с «Тавридой» — это уже другой уровень и другие знакомства, где люди по-другому относятся к музыке и творчеству. Ступенька за ступенькой, и со временем хочется большего. Это была моя мечта. Надо мечтать безгранично! Мечты обязательно сбываются. Но при всем этом надо работать и верить в то, что ты делаешь. Тогда все обязательно получится.
Фото: Сергей Нихаенко, Виктория Первушина.
